ГАЛЕРЕЯ
СИНТАКС

Галерея Синтакс совместно с MARKS GROUP представляет новый проект Кирилла Лебедева (Кто) «Муха села на варенье», объединивший одноимённую серию живописных работ, инсталляцию из строительных баннеров («Опрозрачнивание»), серию работ на спичечных коробках, а также цикл «Ниша», документирующий уличные интервенции художника. Проект «Опрозрачнивание», созданный MARKS GROUP совместно с Кириллом Кто, работает с темой скрытой внутренней жизни города. Ключевым жестом проекта становится вырезание глаз в строительном баннере — это вмешательство, превращающее фасадную оболочку в окно между городской поверхностью и процессом формирования архитектуры.

Муха села на варенье — вот такое приключенье
В одном из своих настенных месседжей Кирилл Кто сам раскрывает принцип и исток своего творчества: «Работы, которые могли бы оказаться здесь, уже сделаны в других местах прежде, преимущественно на улице». Так и есть. Все его работы — это комментарии к городскому пространству и экзистенциальные вопросы к собственной жизни в этом самом пространстве. Как у художника, работающего на улице уже не одно десятилетие, у него уже сформировался собственный язык тем и символов, которые даже без авторской подписи позволяют моментально распознать это сообщение как принадлежащее Кириллу Кто. Попадание этих месседжей в галерею или музей лишь подчеркивает, что оценка их значимости переросла повседневность. В то же время, войдя в стены галереи или музея, эти сообщения уже читаются через призму многообразного визуального опыта истории искусства. Именно так мне и интересно их рассматривать.

ГЛАЗКИ. Всевидящее око — древний религиозный и мистический символ. Эффект «следящих глаз», многократно разыгранный в иконах и портретной живописи, создает ощущение диалога с портретом, «загадочности», наблюдения свыше или даже преследования и неминуемого наказания. Поэтому тут не может быть никаких многодневных и старательных мазочков кисточкой у мольберта в тишине мастерской. Все должно происходить стремительно и резко, всего за пару секунд. Это движение равно тэгу, как личной подписи в ходе городской прогулки. Город заполнен рекламными фальшфасадами, скрывающими реальность. Но как прорваться к этой правде реальности? Автоматическое движение руки художника, снабженное лезвием, создает новый образ за одно движение. И это явно «минус-образ». Часть изображения удаляется, обнажая неприглядное, но все же реальное пространство за фальшстеной. Да, эти глазки часто смотрят с угрозой или укоризной, обнажая свое стыдливое глазное дно. Иногда они на контрасте взаимодействуют со случайной рекламой («Вкладываем в будущее», «Улучшая для вас») или взаимодействуют с городским объектом (одинокое деревце на газоне), превращаются в объектную визуализацию речевой формулы (мешки под глазами) или их дорабатывают анонимные ремонтники (зашитые глазки), либо они попросту выглядывают из-за забора. Но есть во всех этих опытах и прямая отсылка к истории современного искусства, как базовый жест вскрытия плоскости холста у Лучо Фонтана в его поисках Concetto Spaziale (Концепции пространства). По сути, вскрывая фальшстены в урбанистическом пространстве, художник ищет место для самого себя.

НИША. Само это понятие попало в русский язык из латыни (nidus — гнездо), но в современной практике за ним закрепился целый спектр значений. В архитектуре и урбанистической среде нишей может быть как углубление в стене для (уже утраченных) статуй или декора, так и заделанное окно или дверь (увы, уже закрытая роллетой или досками), зияющие окна заброшек, место для вездесущей рекламы (обещающей свободный проход), баффы (цезуры как примеры цензуры). В бизнесе и маркетинге этим словом обозначают специализированный сегмент рынка, где у компании практически нет конкурентов. В карьере и психологии это — любимое дело, профессия или занятие, в котором человек реализует свои таланты и чувствует себя комфортно («найти свою нишу»). В биологии экологическая ниша — это совокупность всех условий жизни, необходимых для существования определенного вида в экосистеме. Все это художник учитывает. Более того, как и в знаменитой работе Джозефа Кошута «Три стула», Кирилл Кто рассматривает нишу в трех ипостасях: нишу как саму по себе (архитектурный элемент и неотъемлемая часть городского пейзажа); нишу как рамку описания и место действия сюжета; нишу как зафиксированный артефакт (в виде фотографии).
Ниша в его версии проявляет самость и постоянно вопрошает, как это бывало и в диалоге простых вещей у Ильи Кабакова: «Чья это ниша? — Моя! — Но эта ниша уже занята!» И в авторской версии: «Надпись в нише ни разу не замена долгожданному знаку свыше». Потому что ниша — это тот же бафф, цезура (от лат. caesura — рассечение, срез), ритмическая пауза или смысловое ограничение как пример цензуры.

ЛЕСТНИЦА — САМОЛАЗКА — любимый персонаж, часто возникающий на работах Кирилла Кто или даже прямо выступающий с сообщениями от его имени. Это легкий, практически анимационный образ, находящийся в постоянном движении. Поэтому он снабжен не только глазками, ножками и ручками, но иногда и кроссовками. В трактовке художника, которая возникает на одном из рисунков, это лестница-предвестница, samolaska ordinari parvum. Слово parvum — это форма латинского прилагательного parvus (маленький), а ordinarius — соответствующий правилам. Самолазки — это оперативные помощники, позволяющие уличному художнику добраться до недоступных высот. Поэтому тут сразу же на парадоксе возникает Лестница Иакова (сон патриарха Иакова о лестнице между землей и небом) и, конечно, дорога на небеса в суперхите Stairway to Heaven. 120 секунд на создание, 5 — на созерцание, 10 — на обдумывание.

ШРИФТОВЫЕ КОМПОЗИЦИИ. Яркие и цветные. Это один из самых популярных и узнаваемых элементов в словаре Кирилла Кто. Они набраны из цветных веселых буковок. Но в отличие от школьной «Кассы букв и слогов» не останавливаются на базовых слогах и словах, а составляют емкие экзистенциальные сообщения, которые маскируются под просторечие или детские стихи в духе обэриутов. И если поэзия для детей традиционно подается как дидактические упражнения, то у обэриутов она вырывается в стихию языка. И именно этот метод постоянно практикует Кирилл Кто. Он использует игры слов, хокку, лимерики, аллитерации, каламбуры, построенные на двусмысленностях, головоломки, цепочки слов, составные слова и фонетические игры. Да, на практике такие игры часто используют для развития речи у детей, но кто сказал, что такие же вопросы нельзя задавать и взрослым?

МУХА СЕЛА НА ВАРЕНЬЕ. Формула, давшая название всей выставке, на самом деле тоже происходит из поэзии. Анафора — это стилистический прием, в котором строки или строфы стихотворения начинаются с одной и той же фразы, но продолжаются по-разному. Если одна и та же фраза начинает каждую строфу, это называют строфической анафорой. Если же повторяется не только начало, но и конец строк, такой прием называется кольцевой композицией или обрамлением. Сам зачин фразы знаком всем нам из детства (точнее, хочется надеяться, что детский фольклор живет и передается из поколения к поколению). Фраза чаще всего считается анонимной, но в ней явно проявляется ироническая дистанция по отношению к процедуре насильственного заучивания стихов в начальной школе. Хотя существует и известная байка, рассказанная Фаиной Раневской, что продолжение «Вот и все стихотворенье» придумал Сергей Михалков в ответ на попытку его жены, детской поэтессы Натальи Кончаловской, написать длинную «антибактериальную» поэму. В любом случае бесценен сам опыт такого стихосложения как обретение иронии по отношению к догме. Поэтому каждый зритель или читатель может придумать собственное продолжение фразы или меланхолично повторить вслед за Кириллом Кто: «Муха села на варенье - начнется светопреставленье, - получи благословенье, - погрузимся в исступленье, - то удача, то везенье, - вот такое продолженье, - люблю тебя, Петра творенье, - таракан сожрал печенье, - что же ждет нас в воскресенье, - когда наступит пробужденье, - началось землетрясенье, - стрекоза наше спасенье, - везде кругом столпотворенье, - а теперь проси прощенья, - вот такое приключенье».

Дмитрий Пиликин